В элитном школьном городке, где оценки стали главной валютой, среди идеально подстриженных газонов неожиданно проросло дерево. На его ветвях были тяжелые темно-алые плоды. Никто не знал, откуда оно взялось. Администрация предпочла не замечать аномалию, чтобы не создавать лишних поводов для паники. Вскоре рядом с деревом начали замечать молчаливого мальчика в черном.
Он не учился в местных классах и не появлялся на линейках. Он просто стоял в тени и ждал. К нему подходили те, кто уже не мог выносить груз постоянного контроля. Он не задавал вопросов и не давал советов, а только протягивал плод. Фрукт забирали тайком, боясь осуждения. Эффект наступал внезапно. Съеденная мякоть действовала как катализатор внутреннего распада. Она не добавляла силы и не исполняла желаний в привычном смысле, она прорывала защитные барьеры сознания.
У отличника, проглотившего дольку, внезапно проявлялась тяга к запрещенной музыке. У старосты класса просыпалась ярость к родительским наставлениям. Чем крепче человек держался за образ безупречности, тем разрушительнее оказывался удар. Его собственные подавленные мысли обретали плоть и начинали управлять поступками. Привычная иерархия рушилась на глазах.
