Лена очнулась внутри движущегося фургона. Воспоминаний о том, как она сюда попала, не было. Тело пронзала открытая рана, и сквозь мутное сознание пробивался голос из динамика, отсчитывающий время. Оставался ровно час до встречи с врачом, иначе инфекция возьмет свое. Водитель представился Клайвом и твердил о спасении.
Стены автомобиля давили, состояние ухудшалось с каждой секундой, а боль становилась невыносимой. Лена заметалась по тесному пространству, хватаясь за предметы, пытаясь найти выход из этой ловушки. Она не верила ни одному слову из динамика. В это время каждое обещание Клайва звучало как угроза. Фургон превращался в место, где границы между спасителем и мучителем стерлись. Героиня лихорадочно искала способ остановить машину, но управление было недоступно.
Ее мысли путались, но одна идея засела прочно. Каждая минута приближала к точке невозврата. Сознание подкидывало ей детали, которые не вписывались в историю о спасении. Листовки с предупреждениями, странные надписи на упаковках лекарств. Елена прекрасно понимала, что умирает, но не от раны, а от пытки неизвестностью, которую устроил Клайв. Однако так просто сдаваться героиня явно не собиралась.
Брок Боделл
