Утро начиналось одинаково. Звонок будильника, свет за окном, голос матери на кухне. Старшеклассник садился на кровати и уже знал, что скажет друг через час, какая машина проедет на перекрестке и в какую секунду небо затянет облаками. Первые несколько раз он списывал это на стресс или слишком яркий сон.
Но когда каждая мелочь повторялась с пугающей точностью, отрицание перестало работать. День застревал, заканчиваясь одним и тем же, а именно смертью друга. Обстоятельства менялись незначительно, но исход оставался неизменным. С третьей или четвертой попытки он перестал паниковать. Вскоре страх уступил место холодному расчету. Он начал вести мысленный журнал, отмечая каждое отклонение от привычного сценария. Если он задерживался на пять минут, друг уходил вперед и попадал под грузовик, который обычно проезжал позже.
Если он ускорялся, они сталкивались с мотоциклистом, который в прежних вариантах сворачивал в переулок. Он попробовал не выходить из дома, но тогда друг шел один, и трагедия случалась еще раньше. Вмешательство давало результаты, но каждый раз непредсказуемые. Он старался менять маршруты, время выхода, слова, которые произносил в первой половине дня.
